Главный миф «Дня победы

Главный миф «Дня победы»


Сам термин «Праздник День Победы в Великой Отечественной войне» хранит в себе столько нелепостей, что про него можно написать отдельную книгу. Даже сам термин «Великая Отечественная война» — пропагандистский трюк советского правительства, в котором свою роль сыграл… Наполеон.

О Наполеоне, точнее о победе над ним в Отечественной войне 1812 года, вспоминали в своих знаменитых обращениях к народу в начале войны и Сталин, и Молотов, и другие советские деятели рангом пожиже.

Это должно было, по задумке, ободрить советских граждан (которым до этого много лет рассказывали, что войну Советский Союз будет вести на чужой территории и малой кровью, вызволяя европейских рабочих и крестьян от неподъёмного капиталистического ига).

Сравнение с Наполеоном в 1941 году прямо-таки напрашивалось: да, отступали, да, враги дошли до Москвы, но всё ж таки настучали французам проклятым, так отчего ж и немцам-то не настучать, а, робяты?..

…Термин «Отечественная война» закрепился за войной с Германией довольно быстро — правда, наравне с другими пропагандистскими терминами вроде «священная война», «народная война» и так далее. Война же есть — значит, надо её как-то называть всё-таки.

Окончательно словосочетание «Отечественная война» было застолблено через примерно год после её начала — но без слова «Великая». Например, в мае 1942 года была утверждена знаменитая советская награда — орден Отечественной войны. Несложно заметить, что слово «Великая» в названии войны отсутствует.

Оно появилось примерно через год — в основном для пафоса, и ещё для того, чтобы всё-таки не путаться в терминах и отличать одну Отечественную войну от другой — той, что с Наполеоном нашим Буонапартием была.

Только вот какая штука. Отечественная война она на то и отечественная, что ведётся на территории отечества. Так было и с наполеоновской войной. Французы напали на Россию, перешли границу, вошли то есть на территорию отечества — началась Отечественная война.

Но как только французов за территорию отечества выгнали — Отечественная война закончилась. Всё, точка. Отечество освобождено. Победа. Кричали женщины «Ура» и в воздух чепчики бросали.

Но русская армия, выпинав остатки французов за свою границу, не остановилась, и пошла дальше, взяв в итоге на пару с союзниками столицу Франции Париж. Только вот всё, что происходило после перехода русской армией своей границы, не называлось «Отечественной войной».

А называлось оно «Заграничным походом русской армии». Это как минимум логично: отечество отвоевали — Отечественная война закончилась. Всё, что дальше — заграничный поход, интервенция на чужую землю. Значит, оно должно называться иначе.

Если применять довольно-таки здравую логику девятнадцатого века, то Великая Отечественная война закончилась осенью 1944 года, когда последние немецкие войска были выгнаны за довоенную границу СССР. Но у советских пропагандистов то ли совести было меньше, чем у их дореволюционных коллег, то ли такие тонкости были им чужды, так что термин «Отечественная война» распространился и на поход Красной армии на Берлин.

Пропагандистов не смутило даже то, что по итогам Отечественной войны само отечество стало несколько больше в размерах (например, СССР нахально заполучил исконно немецкий город Кёнигсберг с окрестностями, которые позже стали Калининградской областью). Тонкости, ага.

Ладно, с термином «Великая Отечественная война» мы разобрались. Давайте теперь разберёмся с датой.

Строго говоря, День Победы как праздник был утверждён в СССР рядом официальных документов и докапываться к этому довольно-таки проблематично.

Государство имеет право назначить любую дату любым праздником и с любым обоснованием — а граждане могут разве что обстёбывать его нелогичность и абсурдность (примерно этим мы с вами сейчас и занимаемся).

Поэтому я вам сейчас расскажу предысторию этого самого Дня Победы, а вы уж решайте сами, какая дата тут правильнее и почему…

…Итак, идёт май 1945 года. Гитлер уже несколько дней как капут. Немецкие войска массово сдаются в плен и капитулируют, причём подавляющее большинство немецких солдат и офицеров делает всё возможное, чтобы сдаться не красноармейцам, а союзникам — американцам, англичанам и французам.

Почему — догадайтесь сами, это не очень сложно.

Уже несколько дней идут переговоры с немцами об их полной капитуляции. Немцы сначала пытались тянуть кота за резину, но после угроз командующего союзными войсками Дуайта Эйзенхауэра оставили кота в покое и выразили готовность подписать всё, что им предложат, включая счёт за аренду зала (это я вру, конечно, но общий настрой был примерно такой).

Союзники выдёргивают официального представителя СССР, генерал-майора Суслопарова, и суют ему в потные ладони шариковую ручку (это я опять вру, ручка была перьевая): подписывай, мол, пора закрывать лавочку, видишь — немцы тёпленькие сидят, брать надо, пока дают.

Суслопаров бросается к телефону, чтобы получить от Сталина инструкции, но «абонент знаходиться поза зоною» и инструкций нет, а союзники напирают. Благо, в документе, который настойчиво суют Суслопарову в руки, есть пункт номер четыре, позволяющий потом этот акт заменить другим актом, так что Суслопаров незаметно крестится в кармане брюк и свободной рукой документ подписывает.

Но тут Суслопарову приходит смс-сообщение с текстом вроде «Абонент Йосип Сталін знову з’явився у мережі» (некоторые лжеисторики настаивают, что смс-сообщения в 1945 году ещё не изобрели, но я их презираю и игнорирую).

Усато-трубочный абонент пребывает в ярости из-за того, что акт о капитуляции таки был подписан Суслопаровым.

Он требует переподписания акта — в Берлине, который Красная армия только что утопила в собственной крови, и обязательно в присутствии высшего командования стран-союзников и всех немецких видов войск — сухопутных, авиации и флота. Для него это вопрос не логики и не здравого смысла, а только и исключительно престижа.

Немцы были согласны на всё и своих представителей прислали. С союзниками так просто не получилось: узнав, что Tovarisch Stalin требует подписания новой капитуляции, западные политики аккуратно поинтересовались, будет ли вышеупомянутый tovarisch вносить какие-то серьёзные правки в документ, или ему так, повыпендриваться?

Прочитав новый вариант акта о капитуляции, в который не было внесено ни одного мало-мальски серьёзного изменения, западные лидеры поняли, что таки повыпендриваться. Покрутив пальцем у виска, они плюнули и прислали на повторное подписание своих заместителей — как бы и Сталина уважили, но и особой чести новой капитуляции не придали.

А пока заместители и немцы съезжались в пригород Берлина, где их ждал с ручкой наготове надувшийся от гордости маршал Жуков, заменивший в этом ответственном деле проштрафившегося Суслопарова, в Европе сэр Уинстон Черчилль и остальные главы стран-победительниц (кроме СССР, конечно) зачитывали обращения к своим народам с радостным известием: война окончена, и окончена победой.

С тех пор именно восьмое мая в Европе и Америке считается днём победы над нацизмом. А в СССР, где первый акт о капитуляции не в фаворе (советская пропаганда называла его «предварительным» — хотя это, конечно же, ложь), днём победы стало считаться девятое мая — когда о капитуляции сообщили советским людям.

Хотя второй, советский акт о безоговорочной капитуляции Германии датирован тоже восьмым мая — хоть и подписан в первый же час девятого мая по московскому времени (но всё же днём ранее — по времени немецкому).

Тем же восьмым мая датирован Указ Президиума Верховного Совета СССР «Об объявлении 9 мая праздником победы» (иначе говоря, победы ещё как бы и не было, а приказ уже был, ага).

Акт о капитуляции Германии подписан 7 мая в 02:41 по центральноевропейскому времени и вступает в силу 8 мая в 23:01. По факту — это победа. Немцы слагают оружие.

В общем, примерно так девятое, а не восьмое мая стало Днём Победы в СССР. При этом юридически война с Германией в мае 1945 года вовсе не закончилась, а закончилась она аж с десяток лет спустя, 25 января 1955 года, с принятием Президиума Верховного Совета СССР Указа о прекращении состояния войны. Боевые действия в Европе тогда тоже, кстати, не закончились — немцы ещё кое-где сопротивлялись не одну неделю, и советских солдат за майские дни погибло немало.

Но это всё мелочи. Самый главный миф насчёт «Дня Победы» — то, что это праздник. Нет, я не буду в очередной раз перечислять общеизвестные факты про то, что ещё при Сталине девятое мая стало довольно-таки обычным рабочим днём с мелькающими иногда салютами, что за двадцать лет после 1945 года в СССР ни разу не проводились торжественные парады в этот день, да и «георгиевских ленточек», конечно, никто не носил. Я скажу о другом.

Представьте, что в ваш дом вломился маньяк. Он успел зарубить топором вашу маму, вашего отца и одного из ваших детей, прежде чем вы смогли его обезвредить и с помощью полиции связать и предать законному суду. Допустим, маньяка расстреляли. Или он повесился в камере. Или ему дали пожизненный срок, неважно.

Для вас тот день будет праздничным или нет? Будете ли вы каждый год в этот день петь песни, радуясь справедливому наказанию — или же будете вспоминать погибших от рук маньяка детей и родителей? Будет ли этот день для вас праздником?

Думаю, что нет.

Так что и восьмое мая, равно как и девятое — не праздник. А повод вспомнить о миллионах украинцев, погибших во Второй мировой войне. О миллионах, вашу мать, людей из нашего народа, с нашей земли. Миллионах живых людей, ставших мёртвыми.

Миф о том, что «День Победы» это праздник — вот самый большой миф об этом дне.

ЮРИЙ ГУДЫМЕНКО



Джерело статті: “https://censoru.net/35542-glavnyj-mif-dnja-pobedy.html” Об этом сообщает ukr-online.in.ua со ссылкой на СМИ.

ТОП новости

Вход

Меню пользователя